Вверх
Вниз

Noblesse

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Noblesse » Лукидония » [FB] ~ 1000 лет назад | "Добрый день. Я король, дорогие мои." ©


[FB] ~ 1000 лет назад | "Добрый день. Я король, дорогие мои." ©

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

© Из фильма "Обыкновенное чудо".
1. Дата: ~1000 лет назад
2. Временной промежуток: --:-- - --:--
3. Место действия: Лукидония.
4. Ситуация: На территории Лукидонии появляется некий субъект - человек с уникальными способностями, спокойно выносящий как мутантов, так и достопочтимых рыцарей Лукидонии, используя похожие на дворянские способности. Лорд требует его к себе. Хочется ему поговорить со столь интересным человеком, но человек жаждой общения не горит. После короткого поединка с двумя лидерами благородных кланов, он бежит вглубь острова и натыкается на уединенный замок. Ища там укрытие, человек пытается смешаться с толпой, которая должна обеспечивать порядок в таком огромном здании. Ему и в голову не могло прийти, что в замке живёт лишь одно существо - его хозяин. Когда за человеком приходят лидеры кланов, хозяин замка отказался в просьбе дать возможность отвести незваного гостя к Лорду, заверив, что позже сопроводит его самостоятельно. Лорд, будучи существом добрым и отзывчивым, с подобной формулировкой соглашается по каким-то одному ему известным причинам. Когда раны Франкенштейна заживают, Кадис Этрама Ди Рейзел исполняет своё обещание и ведёт его к Лорду Дворянства.
5. Участники и очередность: Кадис Этрама Ди Рейзел, Франкенштейн, Лорд.

ЗЫ.: Я полагаю, вам может быть интересно обменяться несколькими постами без моего участия. Описать, как вы собственно жили или разговор о том, что мол пора, ранки зажили, а Лорд всё ждёт. Я напишу пост сразу, как вы заявитесь в «тронный зал». Лорд, если что, как всегда сидит на своём постаменте и очевидно скучает.

Отредактировано The Lord (13.02.13 09:44)

+3

2

Он не терял счёт времени, не засыпал, не жил. Существовал, именно так, существовал буквально уже вечность в этом просторном замке, рассчитанном на убежище для всего народа Лукидонии, а ставший самым опасным её местом. Боялись ли его или сказок про него? Рэй не мог бы ответить точно на подобный вопрос. Как и на вопрос о том – одинок ли он? «Все люди одиноки, Вы, спрашивающий меня, тоже одиноки». Ответил бы он, не раздумывая – на это у него было уже достаточно времени.  Пожалуй, все, что он делал это размышлял, неизбежно вглядываясь в даль моря. И где-то там чувствовал сотни счастливых, но одиноких душ. Кто-то из них смеялся, кто-то радовался, кто-то орал о помощи. И у Райзела что-то внутри обрывалось от этих мнимых криков. А они были, даже если сейчас он их не слышал. Этот мир был таким во все время – всегда кто-то орёт о помощи, а кто-то торжествует и получает удовлетворение от подобных криков. Последних он ненавидел, первых желал защитить. Но и те, и другие были людьми. Это было проблематично. Стоит ли людей, причиняющих страдание, опускать до свиней, а людей, переживших страдание и привыкших платить за зло той же монетой – возвышать?  Когда холодно, но ты не чувствуешь холода, когда дрожит земля, но тебе не страшно, когда из полутьмы на тебя смотрит чудовище, а ты вспоминаешь, что там висит зеркало – привыкаешь. Никто никогда не поймет насколько это одиноко, однообразно и лишь смирившись, Ноблесс находит в этом радость.
Этот человек, что ворвался в его дом столь бесцеремонно, наплевав на приличия и украв его одежду, что-то изменил в сути и замка, и самого Рэя. Привнес интересную нотку, которую хотелось почувствовать снова и снова. Защитив его, Ноблесс не подозревал об этом, но всё же получил в ответ благодарность. Своеобразную, конечно. Райзел понимал, что человек ещё присматривается, привыкает. И, скорее всего, покинет, как и все остальные. Его раны постепенно затягивались, но Кадис не был в силах исцелить ту тьму, что хотела пожрать его. И не знал, что с эти делать. И, чтобы не оттягивать больше момент, когда снова наступит одиночество и тишина, Рэй дожидался своего мнимого дворецкого в той самой комнате, всматриваясь в даль.
Сегодня он отведет его к Лорду и позаботится о том, чтобы человек покинул границы Лукидонии в безопасности.

+2

3

Франкенштейн уже какое-то время провел в этом месте. В месте, которое, казалось, было насквозь пропитано одиночеством. Он не знал, почему явно столь уважаемый даже каджу ноблесс, живет в полной обособленности от других. Поскольку, Кадис Эстрама Ди Рейзел был не слишком многословен, узнать что-либо об этом было нелегкой задачей. Да и с чего бы вдруг ему открываться перед человеком, который принес с собой в Лукедонию одни лишь проблемы.
Он не мог предугадать, что будет с ним после встречи с Лордом и, в связи с этим, не пытался торопить события. Раны на теле медленно затягивались, а ученый не мог понять мотивов этого странного ноблесса.  Учитывая обстоятельства, он не чувствовал от хозяина замка совершенно никаких отрицательных эмоций. Даже ощущал некое покровительство.
Франкенштейн действительно был ему благодарен. Правда, не знал, как выразить эту самую благодарность, кроме как не влезть больше ни во что, и не стать снова возмутителем спокойствия здешних земель.
Мысль пришла как-то внезапно, когда он в очередной раз блуждал по довольно мрачным коридорам. Раз уж он притворился дворецким, то хотя бы чай в благодарность мог бы давно догадаться сделать. Ученый отправился искать кухню. И вскоре, поиски увенчались успехом. Он открыл дверь, и… замер на пороге. Вообще-то, в замке было, мягко говоря, не прибрано. Еще бы, учитывая одиночество единственного его обитателя. Пыль, а местами и паутина, были практически повсюду. Но в кухне он такого определенно не ожидал… Мужчину сильно впечатлила картина, которая предстала его глазам.  Убираться он начал как-то машинально, потому что не мог готовить даже чай в таких условиях. Спустя несколько часов, удовлетворенный результатом, ученый все же, вскипятил воду. Нашел где-то в полках железную коробочку с вкусно пахнущим чаем, и заварил напиток в бережно отмытом фарфоровом чайнике. После чего, поставил на поднос, в котором теперь можно было увидеть свое отражение, и отправился в комнату, где обычно находился Рейзел.
Причиной поступка послужило не только желание хоть как-то выказать благодарность, но и разбавить одиночество спасшего его ноблесса. А еще Франкенштейн теперь думал о том, что неплохо бы провести в здании замка генеральную уборку… Но эту мысль он в себе подавил, хоть и с трудом.
Заходя в помещение, видя одиноко стоящую у окна фигуру, Франкенштейн кашлянул в кулак, не сразу сообразив, что говорить.
- Не желаете…чаю? – спросил он, чувствуя себя странно глупо.

+4

4

Страх перед жизнью это вполне естественно для людей. И людей он заставляет совершать безумные поступки. Ведь этот мир не останавливается, даже если человек порвет свою последнюю одежду или ворвется в чужой дом. Но испытывал ли человек, которого что-то ело изнутри, грызло настолько сильно, что удивляло – как он ещё жив? – страх? Последние дни Рэй думал, что нет. И вовсе не страх сподвиг человека бросится к его дому. Это было просто расчетливое желание спрятаться, потому что иначе никак.
Человек его удивил. Даже поставил в ступор.  И не тем, что нашёл чай, Рэй подозревал о его существовании, ведь навещавшие его каджу часто приносили с собой какие-то подарки, а некоторые даже пили чай, вместе с ним, разумеется. Правда, Райзел думал, что они приносили чай - да-да, прямо в чашках - с собой. оказалось, что это присутствует и в его доме. Но всё же, его действительно больше удивило само предложение. Человек не обязан был ему прислуживать. Почему он посчитал, что должен?
Ноблесс склонил голову, оборачиваясь к Франкенштейну и почти не скрывая своего удивления - в конце концов, это не сильно отразилось на его мимике. Разве что совсем немного проявился румянец, в конце концов, это было очень смущающее. И задал волнующий его в данный момент вопрос:
- Почему Вы считаете, что должны мне прислуживать? - между тем, чашку взял и вдохнул аромат немного затхлого, но, тем не менее, превосходного чая. Отказать в этом желании человеку он не мог.
Человеку, которого следовало отвести к одному эксцентричному, но от это не прекращающему быть лордом благородных, ноблессу. Пожалуй, Райзел отпустил человека и так. Возможно, даже проводил. Но желание Лорда на то и приказ, который следует выполнить. Ноблесс даже думать не хотел, что скрывается за этими официальными строками просьбы.
- Как твои раны? – сам видел, что не очень-то хорошо, но дольше тянуть не было смысла, - Нам следует навестить Лорда.
Так просто было говорить «нам» после вечности «я». Но это ничего не меняло.

+3

5

Ученому показалось, что хозяин замка покраснел. Это было довольно…мило? Мужчина постарался не показывать того, что заметил. Но ведь раз его поступок вызвал подобную реакцию, значит,  очевидно, Рейзелу приятно. И от осознания этого, ученому самому стало как-то легче. Ушла та неловкость, которую он почувствовал на пороге комнаты, предлагая чай. Франкенштейн сам почувствовал некое удовлетворение от своих действий.
«Никогда бы не подумал, что просто принести кому-то чашку чая, породит столько положительных эмоций… - подумал мужчина, наблюдая за тем, как Ноблесс забирает чашку. Как вдыхает аромат находящегося в ней напитка, - Да и никогда бы не подумал, что у меня вообще возникнет желание делать для кого-то подобное. Но тут особый случай.»
Франкенштейн задумался над заданным ему вопросом. Это не тот случай, когда можно было бы отшутиться. Должен? Нет, он не считал, что должен. Это было его собственное желание. Иначе бы, так и продолжил чувствовать неловкость из-за собственного бездействия. Дело было не только в том, что Рейзел укрыл его в собственном доме, несмотря на совершенные поступки, но и в том, что к одиночеству этого существа, ученый не смог остаться равнодушным. Или не хотел. Или все вместе.
- Я не считаю себя обязанным прислуживать. – помолчав некоторое время, сказал мужчина, - Это мое желание.  - стоило ли говорить о благодарности? Правильно ли было о ней не сказать? Наверняка, хозяин замка итак все понимал. Но это не значит, что осознание заменит произнесенные вслух слова. Несколько мгновений Франкенштейна мучили эти вопросы, но потом он добавил, удивляясь, как легко это получилось, вероятно потому, что шло от сердца, - И моя благодарность.
Было приятно от того, что завязалась какая-то беседа. Казалось жизненно важным не упустить этот момент, вызывающий в душе непонятный трепет: то ли предчувствие чего-то нового, то ли ощущения значимости того, что происходит здесь и сейчас.
- Раны… - Франкенштейн беспечно улыбнулся, потирая затылок свободной рукой, - Они в порядке. То есть, я имею в виду, что готов идти куда, и когда потребуется.
«Значит ли это, что скоро я покину Лукедонию?» - почему-то в то, что жизнь ему сохранят, мужчина был уверен. И сомневался, что Лорд оставит столь опасного человека на территории ноблесс… Франкештейн быстро понял, почему эти мысли вызывают такую неприятную, ноющую тоску. Дело было в существе, перед которым он сейчас стоял. Ведь Рейзел так и останется один в этом огромном, пустом замке с множеством пыльных комнат…

+3


Вы здесь » Noblesse » Лукидония » [FB] ~ 1000 лет назад | "Добрый день. Я король, дорогие мои." ©